Книга I. Гаргантюа. Глава LVII

что нам запрещено, и гонимся за тем, в чем нам отказывают. Эта свобода развивала в них похвальное соревнование каждому поступать

говорил: пойдем гулять в поле,—все шли гулять. Если отправлялись на соколиную или иную охоту, дамы садились на прекрасных иноходцев; на руке, обтянутой красивой перчаткой, сидел у них сокол, или ястреб, или кречет, а у мужчин—какия-нибудь другия птицы. Все были так хорошо воспитаны, что никого не было между ними, кто бы не умел читать, писать, петь, играть на музыкальных инструментах, говорить на пяти или шести языках и писать на них как стихами, так и прозой.

вышеназванное аббатство по просьбе ли его родителей, или по иной какой причине, — он увозил с собой ту из дам, за которой ухаживал, и женился на ней. И если в Телемском аббатстве они жили в дружбе и согласии, то так продолжали они жить и в браке: они -любили друг друга до конца дней своих, как в первый день свадьбы. Не позабыть бы мне описать вам загадку, которая была найдена, когда закладывался фундамент аббатства; она была начертана на большой медной доске. Ниже следует содержание. ШИИ. Загадочное пророчество х). По прочтении этого документа Гаргантюа глубоко вздохнул и сказал присутствующим: — Не с сегодняшняго дня люди евангелической веры преследуются. Но блажен тот, кто не смущается и

неизменно стремится к цели и добру, которыя нам указал Господь, через посредство Своего возлюбленнаго Сына, и не допускает, чтобы