Книга V. Пантагрюэль. Глава XXXV

О том, как мы спустились под землю, чтобы войти в храм Бутылки, и каким образом Шинон первый город в мире. И вот мы спустились под землю через своды, выложенные гипсом, на стенах котораго довольно грубо намалевана была пляска женщин с Сатирами, в сопровождении старика Силена, хохотавшаго, сидя верхом на осле. Тут я сказал Пантагрюэлю: — Этот вход приводит мне на память размалеванный погреб перваго города в мире, ибо в нем-ь картины точь-в-точь такия же, как здешния. — Где же находится этот первый город, про который вы говорите—

Пантагрюэль,—и где размалеванный погреб. Я не однажды пил там свежее вино и нисколько не сомневаюсь в том, что ИПинон—древний город; его герб свидетельствует об этом; в нем двоекратно или троекратно говорится: Шинон, небольшой, но славный город построен на древней скале; в головах у него лес, а в ногах Виенна. Но почему бы он был первым городом в мире? Где это написано? Какия у вас на то доказательства? — Я нашел,—сказал я,—что в Священном Писании сказано, что

Флакон (наш Фонарь величал его философом), губернатор божественной Бутылки, в сопровождении храмовых стражников, которые все были французскими флакончиками. Когда он увидел, что мы держим в руках тирсы, а головы у нас, как я уже говорил, увенчаны плющом, и когда он признал наш именитый Фонарь, то ввел нас безпрепятственно и приказал, чтобы нас отвели прямо к принцессе Бакбюк, статс-даме Бутылки и первосвященнице всех таинств. Что и было исполнено. ХХХИ-й.