Книга I. Гаргантюа. Глава XII

О деревянных лошадках Гаргантюа.

ставлял гарцовать, скакать, волтижировать, лягаться и танцовать, все разом: ездить шагом, рысью, иноходью, галопом, курц-галопом и во весь опор. И часто менял своему коню масть, как это делают монахи в Куртибо, сообразуясь с праздниками: то она была гнедой, то рыжей, серой в яблоках, мышастой, вороной, караковой, пегой, соловой. Сам он сделал себе из большого бревва охотничью лошадь, а другую из винной кадки, для ежедневных прогулок, и, наконец, из большого дуба соорудил мула с попоной для домашняго употребления. Кроме того, у него было от десяти до двенад¬

и пышностью; и в тот же самый день приехали в гости герцог де- Франрепа и граф де-Муйльван. И вот, честное слово, дом оказался слишком тесен для стольких гостей, а в особенности конюшни; тогда метрдотель и фурьер вышеназваннаго господина де -Пенансак, желая узнать, нет ли в доме еще где пустых конюшен, обратились к мальчишечке Гаргантюа и тайком спросили у него: где конюшни для больших лошадей, полагая, что дети охотно все выбалтывают. Тут он повел их по большой лестнице замка и через вторую за-

— Миленький, куда вы нас ведете? — В стойла,—отвечал тот,—моих больших лошадей. Мы сейчас туда придем, только поднимемся по этой лестнице. И, проведя их через другой большой зал, привел в свою комнату и запер за собою дверь. — Вот,—сказал он,—конюшни, про которыя вы спрашивали: вот мой испанский жеребец, вот мой мерин, вот лаведанский конь и), вот мой иноходец,—и дал им в руки большой чурбан.—Дарю вам вот эту охотничью лошадь. Я получил ее из Франкфурта, но владейте ею на здоровье, это добрый и очень выносливый конек: с соколом, полудюжиной испанских собак и двумя борзыми на придачу, охота на куропаток и зайцев обезпечена за вами на всю зиму. — Клянусь св. Иоанном, —сказали они,—славно мы попались, совсем одурачены! — Дурак сам скажется, •— отвечал Гаргантюа. Что ж им было теперь делать, по-

Когда они, пристыженные, сходили с лестницы, он их спросил: — Хотите взять недоуздок? — Зачем?—спросили они. — Чтобы взнуздать себя. — Ну, уж сегодня мы и без того с носом,—отвечал метрдотель. Ты,

•— Ишь вы какие плохие наездники: конь из-под вас уходит. Если бы вам пришлось ехать в Каюзак, что бы вам приятнее было: ехать на гусе или вести под уздцы свинью? — Мне приятнее было бы выпить,— сказал фурьер. И, говоря это, они вернулись в нижнюю залу, где находилась вся свита и, рассказав эту новую историю, насмешили всех так, что все животики надорвали. О том, как Грангузье познал удивительный ум Гаргантюа из его находчивости. В конце пятаго года Грангузье, возвращаясь из похода против канарцев, навестил своего сына Гаргантюа. И был обрадован, как только мог обрадоваться такой отец при виде такого сына. Целуя и лаская его, он расспрашивал шутя о разных разностях. И пил вино с

На это Гаргантюа отвечал, что он сам так об этом старался, что в целом крае нет мальчика опрятнее его. — Как так?—спросил Грангузье. — Я долгим и любопытным опытом, — отвечал Гаргантюа, — изобрел средство подтираться, самое господское, самое превосходное и самое пригодное, какое только могло быть на свете. — Какое же?—спросил Грангузье. — Сейчас вам расскажу, — ска- К г.т. зал Гаргантюа. Однажды мне довелось подтереться бархатной маской одной барышни и мне это понравилось, потому что нежный шелк ласкал тело. В другой раз я взял для этого шапочку той же барышни, и мне тоже было приятно. В третий раз—шарф, в четвертый — пояс из краснаго атласа, но вышивка из