Глава XIII. В Пендлтонском лесу
Поллианна еще не направляла свои шаги домой, когда она покинула часовню. Вместо этого она направила их к Пендлтон-Хиллу. День выдался тяжелым, несмотря на то что он был «отпускным» (так она называла редкие дни, когда не было уроков шитья или готовки), и Поллианна была уверена, что ничто не принесет ей столько пользы, как прогулка по зеленой тишине Пендлтонского леса. Поэтому она уверенно поднималась на Пендлтон-Хилл, несмотря на теплое солнце на спине.
«В любом случае мне не нужно быть дома до половины шестого», — говорила она себе, — «и будет так приятно пройти через лес, даже если для этого придется взбираться».
В Пендлтонских лесах было очень красиво, как Поллианна знала из собственного опыта. Но сегодня казалось, что здесь особенно приятно, несмотря на её разочарование из-за того, что завтра ей придётся сообщить Джимми Бину неприятную новость.
«Ах, если бы они были здесь — все эти дамы, которые так громко говорят», — вздохнула Поллианна про себя, поднимая глаза к островкам ярко-голубого неба среди освещённых солнцем вершин деревьев. «В любом случае, если бы они были здесь, я уверена, что они бы изменились и взяли Джимми Бина за своего маленького мальчика, верно», — закончила она, будучи уверенной в своей мысли, но не сумев объяснить даже самой себе причину своей уверенности.
Вдруг Поллианна подняла голову и прислушалась. Несколько впереди залаял собака. Мгновение спустя он мчался к ней, всё ещё лая.
«Привет, собачка — привет!» — щёлкнула пальцами Поллианна перед собакой и с ожиданием посмотрела вниз по тропинке. Она была уверена, что видела эту собаку раньше. Раньше она была с Человеком, мистером Джоном Пендлтоном. Сейчас она смотрела, надеясь его увидеть. Несколько минут она наблюдала с нетерпением, но он не появился. Тогда она обратила своё внимание на собаку.
Собака, как даже могла заметить Поллианна, вела себя странно. Она всё ещё лаяла — издавая короткие, резкие тявканья, словно тревожась. Она также бегала взад-вперёд по тропинке впереди. Вскоре они дошли до боковой тропинки, и по ней маленькая собачка буквально мчалась, только чтобы тут же вернуться, скулить и лаять.
«Хо! Это не дорога домой», — засмеялась Поллианна, продолжая держаться главной тропинки.
Маленькая собачка казалась теперь в отчаянии. Вперёд и назад, вперёд и назад, между Поллианной и боковой тропинкой она металась, звонко лаяла и жалобно скулила. Каждое дрожание её маленького коричневого тела и каждый взгляд из её умоляющих коричневых глаз были полны мольбы — настолько, что в конце концов Поллианна поняла, повернулась и последовала за ней.
Прямо вперёд, теперь маленькая собачка мчалась безумно; и прошло немного времени, прежде чем Поллианна наткнулась на причину всего этого: мужчина, лежащий неподвижно у подножия крутого нависающего скального выступа всего в нескольких ярдах от боковой тропинки.
Ветка хрустнула под ногой Поллианны, и мужчина повернул голову. С криком ужаса Поллианна побежала к его стороне.
«мистер Пендлтон! О, вы ранены?»
«Болит? О, нет! Я просто дремлю на солнце», — раздражённо рявкнул мужчина. «Слушай-ка, что ты знаешь? Что ты умеешь делать? У тебя есть хоть какой-то разум?»
Поллианна слегка вздохнула, но — как это было у неё в привычке — она отвечала на вопросы буквально, один за другим.
«Почему же, мистер Пендлтон, я — я не знаю так уж много, и не умею делать многое; но большинство помощниц леди, кроме миссис Роусон, говорили, что у меня есть настоящий здравый смысл. Я слышала, как они это говорили однажды — правда, они не знали, что я слышала.»
Мужчина мрачно улыбнулся.
«Тише, тише, дитя, прошу прощения, я уверен; это всего лишь моя проклятая нога. А теперь слушай.» Он замолк, с трудом сунул руку в карман брюк и достал связку ключей, выделив один большим и указательным пальцем. «Прямо по той тропинке, примерно пять минут ходьбы, находится мой дом. Этот ключ откроет тебе боковую дверь под крытой галереей для подъезда. Ты знаешь, что такое крытая галерея для подъезда?»
«О, да, сэр. У тетки есть дом с солярием наверху. На этой крыше я спала — только я же не спала, знаете. Они меня нашли.»
«Э? О! Ну, когда войдете в дом, пройдите прямо через вестибюль и зал к двери в конце. На большом столе с плоской поверхностью в середине комнаты вы найдете телефон. Вы знаете, как пользоваться телефоном?»
«О, да, сэр! Знаете, однажды, когда тётя Полли--»
«Не обращай внимания на тетю Полли сейчас», — вмешался человек с нахмуренным видом, пытаясь сдвинуться немного.
«Найдите номер доктора Томаса Чилтона на карточке, которую вы где-то там найдете — он должен быть на крючке сбоку, но, вероятно, его там не будет. Наверное, вы понимаете, что такое телефонная карточка, когда видите её!»
«О, да, сэр! Я просто обожаю тетю Полли. Там столько странных названий, и--»
«Скажите доктору Чилтону, что Джон Пендлтон находится у подножия Литтл Игл Ледж в лесу Пендлтон с переломом ноги, и чтобы он немедленно пришел с носилками и двумя мужчинами. Он сам разберется, что делать дальше. Скажите ему пройти по тропинке от дома.»
«Сломанная нога? О, мистер Пендлтон, как это ужасно!» — содрогнулась Поллианна. «Но я так рада, что пришла! Разве я не могу...»
«Да, ты можешь — но, по-видимому, не хочешь! Пойдёшь ли ты и сделаешь то, о чём я прошу, и перестанешь говорить?» — стонал мужчина слабо. И с тихим всхлипом Поллианна пошла.
Поллианна не останавливалась, чтобы взглянуть на проблески синего неба между освещёнными солнцем верхушками деревьев. Она держала глаза на земле, чтобы убедиться, что ни веточка, ни камень не оступят её торопливые ноги.
Прошло совсем немного времени, и она увидела дом. Раньше она его видела, но никогда так близко. Сейчас она была почти напугана массивностью огромного серого каменного здания с его колонными верандами и внушительным входом. Однако, задержавшись всего на мгновение, она поспешила через большой запущенный газон и обогнула дом к боковой двери под крытой подъездной галереей. Её пальцы, онемевшие от тесного захвата ключей, совсем не были ловкими в попытках повернуть замок; но, наконец, тяжёлая резная дверь медленно распахнулась на петлях.
Поллианна перевела дыхание. Несмотря на чувство спешки, она на мгновение остановилась и с тревогой посмотрела через вестибюль в широкий, мрачный зал за ним, её мысли кружились. Это был дом Джона Пендлтона; дом загадок; дом, в который не входил никто, кроме его хозяина; дом, где где-то прятался скелет. И всё же от неё, Поллианны, ожидалось, что она войдёт одна в эти страшные комнаты и позвонит врачу, что хозяин дома сейчас лежит--
С маленьким криком Поллианна, ни направо, ни налево не глядя, фактически побежала через зал к двери в конце и открыла её.
Комната была большая и мрачная, с темными деревянными панелями и драпировками, как в зале; но через западное окно солнце бросало длинный золотой луч на пол, тускло блестел на потускневшем латунном каминном наборе и касалось никеля телефона на большом столе посреди комнаты. Именно к этому столу Поллианна поспешно подкралась на цыпочках.
Телефонная карточка не была на месте; она лежала на полу. Но Поллианна нашла её и дрожащим пальцем провела по буквам, пока не дошла до «Чилтон». Вскоре сам доктор Чилтон оказался на другом конце линии, и она дрожащим голосом передавала своё сообщение и отвечала на чёткие, по существу вопросы врача. Сделав это, она положила трубку и глубоко вздохнула с облегчением.
Поллианна бросила на неё только краткий взгляд; затем, с путаным зрением, в котором мелькали багровые драпировки, стены, обставленные книгами, захламленный пол, неопрятный стол, бесчисленные закрытые двери (за любой из которых мог скрываться скелет) и повсюду пыль, пыль, пыль, она побежала обратно через холл к большой резной двери, всё ещё наполовину открытой, как она её оставила.
Через время, которое казалось невероятно коротким даже для оскорблённого мужчины, Поллианна уже была в лесу рядом с ним.
— Ну, в чём дело? Не смогли войти? — потребовал он.
Поллианна широко раскрыла глаза.
«Почему, конечно, я могла! Я ЗДЕСЬ», — ответила она. «Как будто бы я была бы здесь, если бы меня не пустили! И доктор поднимется сюда как можно скорее с людьми и вещами. Он сказал, что точно знает, где ты находишься, так что я не стала оставаться, чтобы показать ему. Я хотела быть с тобой.»
«Правда?» – мрачно улыбнулся мужчина. – «Ну, не могу сказать, что мне нравится ваш вкус. Думаю, вы могли бы найти более приятное общество.»
«Ты имеешь в виду—потому что ты такой—раздражённый?»
«Спасибо за вашу откровенность. Да.»
Поллианна тихо рассмеялась.
«Но ты сердит только снаружи — а внутри ты совсем не сердит!»
— Действительно! Откуда ты это знаешь? — спросил мужчина, пытаясь изменить положение головы, не двигая остальным телом.
«О, много способов; вот так--так--как ты ведёшь себя с собакой,» добавила она, указывая на длинную, изящную руку, которая лежала на гладкой голове собаки рядом с ним. «Странно, как собаки и кошки лучше всех людей понимают внутренний мир других, правда? Слушай, я собираюсь держать твою голову,» закончила она внезапно.
Мужчина несколько раз поморщился и один раз простонал; тихо, пока происходила перемена; но в конце концов он нашёл колени Поллианны очень приятной заменой каменистой ямке, в которой прежде лежала его голова.
«Ну, это--лучше,» тихо пробормотал он.
Он снова некоторое время не говорил. Поллианна, наблюдая за его лицом, размышляла, спит ли он. Она не думала, что он спит. Казалось, что его губы сжаты, чтобы сдерживать стоны боли. Поллианна сама чуть не вскрикнула, глядя на его большое, сильное тело, лежащее там таким беспомощным. Одна рука, с плотно сжатыми пальцами, была вытянута и неподвижна. Другая, свободно раскрытая, лежала на голове собаки. Собака, с тоскующими, полными ожидания глазами, глядя на лицо своего хозяина, тоже оставалась неподвижной.
Минуту за минутой время проходило. Солнце опускалось ниже на западе, и тени под деревьями становились глубже. Поллианна сидела так неподвижно, что казалось, будто она почти не дышит. Птица садилась бесстрашно в пределах досягаемости её руки, а белка махала своим пушистым хвостом на ветке дерева почти под её носом — и всё это время, с её яркими маленькими глазами, следила за неподвижной собакой.
Наконец собака насторожила уши и тихо заскулила; затем она издала короткий, резкий лай. В следующий момент Поллианна услышала голоса, и совсем скоро появились их владельцы — трое мужчин, неся носилки и различные другие предметы.
Самый высокий из группы — гладко выбритый, с добрыми глазами мужчина, которого Поллианна знала в лицо как «доктор Чилтон» — подошёл бодро.
«Ну что ж, моя маленькая леди, играем в медсестру?»
«О, нет, сэр, — улыбнулась Поллианна. — Я только держала его за голову — я не давала ему ни капли лекарства. Но я рада, что была здесь.»
«И я тоже», кивнул доктор, поворачивая своё поглощённое внимание к раненому мужчине.