Книга IV. «Четвёртая книга»

Пантагрюэль, Панург, брат Жан, Эпистемон и другие спутники отправляются морем к оракулу Божественной Бутылки. Путешествие построено как цепь остановок на фантастических островах. Каждый остров представляет преувеличенную модель какого-либо общественного порока, института или идеи.

Одним из самых известных эпизодов становится история Панурговых баранов. Панург ссорится с купцом Диндено и покупает у него одного барана, после чего бросает животное в море. Остальные бараны стадным инстинктом следуют за ним, а купец и его люди пытаются удержать стадо и тоже гибнут. Эпизод одновременно комичен и жесток. Он выражает мотив бездумного подражания и показывает разрушительную силу коллективной слепоты.

Во время морской бури характеры героев раскрываются особенно резко. Брат Жан действует, моряки работают, Пантагрюэль сохраняет самообладание, а Панург охвачен паникой, обещает всё что угодно ради спасения и почти не способен помочь. После окончания опасности он быстро возвращается к прежней самоуверенности. Так Рабле показывает разрыв между словами человека и его поведением перед лицом реального испытания.

На островах герои сталкиваются с сатирическими изображениями церковной, судебной и экономической жизни. Папиманы и папефиги воплощают конфессиональную вражду; судейские коты превращают правосудие в хищную систему; на других островах пародируются торговля, власть авторитетов и зависимость людей от условных ритуалов.

В эпизоде «замёрзших слов» путники слышат звуки прежнего сражения, которые были заморожены зимним воздухом и теперь оттаивают. Это одна из самых поэтических метафор цикла: слово приобретает материальную форму, прошлое возвращается в настоящем, а язык оказывается способным хранить человеческий опыт.

Путешествие не приводит к окончательной истине. Чем дальше движутся герои, тем больше встречают странностей и тем яснее становится, что мир невозможно свести к одной простой системе объяснений.