Хорнада 2. Сцена 14

Вот я принес портрет, сеньора.

Но Боже!

Чем смутился Герцог?

Чем изумлен он так внезапно?

Тем я, Росаура, смущен,

Что вижу здесь тебя и слышу.

Росаура? О, нет, властитель,

Меня ты принял за другую!

Астрея называюсь я,

И столь великого блаженства,

Как этот трепет и смущенье,

Я, скромная, не заслужила.

Довольно, прекрати обман,

Росаура, душа не может

Лгать никогда: и если будешь

Упорна ты, - Астрею видя,

Я в ней Росауру люблю.

Я Герцога не понимаю,

Не знаю, как ему ответить:

Одно скажу я, что Эстрелья

Мне здесь дождаться повелела,

Чтоб ты мне, повелитель, отдал

Портрет, а я его Принцессе

С рук на руки передала.

И я должна повиноваться,

Хотя бы к своему ущербу.

Повиновенье неизбежно:

Звезда, Эстрелья, так велит.

Хотя бы больше ты старалась,

Росаура, ты не умеешь

Притворствовать. Скажи, чтоб взор твой

И голос в музыке своей

Согласовались: потому что

Противоречье непреклонно

И разногласье неизбежно,

Коль так расстроен инструмент,

Что воедино слить желает

Обманность слов и правду чувства.

Я говорю, что ожидаю

Лишь одного: дай мне портрет.

Когда, Росаура, ты хочешь

Упорствовать в своем обмане,

Тебе обманом я отвечу.

Итак, окончим разговор.

Астрея, ты Инфанте скажешь,

Что, уваженью повинуясь,

Считаю малой я заслугой

Послать желаемый портрет,

И потому в своем вниманьи

Ей подлинник препровождаю;

А ты его снесешь к Эстрелье:

Его с собою носишь ты.

Когда, решительный, надменный

И храбрый, кто-нибудь желает

Достойно выполнить задачу,

Что он себе поставил сам, -

Коли он примет что другое,

Хотя бы большее, - он будет

Смешон и жалок, возвращаясь

Не с тем, что нужно. Так и я.

Сюда пришла я за портретом,

И с подлинником возвратившись,

Хотя он стоит много больше,

Смешной и жалкой возвращусь.

Отдай же, Герцог, тот портрет мне,

Я не уйду, его не взявши.

Но как же взять его ты можешь,

Раз я тебе его не дам?

Вот так!

Отдай, неблагодарный.

Напрасно.

Видит Бог, не будет

Он у другой в руках.

Ты знаешь:

Ведь ты страшна.

Предатель ты.

Моя Росаура, довольно.

Твоя? Ты нагло лжешь.